Право болеть и умирать …


Сегодня  я проснулась среди ночи  в холодном поту- мне приснилось, что у меня случился приступ частичной потери памяти… К счастью, я быстро поняла, что это всего лишь кошмарный сон, но уснуть мне больше не удалось- в голове непрестанно вертелась мысль :»А если это вдруг случится на самом деле?!»

Как бы не старались мы гнать от себя такие мысли, приходит время, когда они посещают нас всё чаще и чаще и мало кого тешит перспектива стать обузой для близких и общества.

Пришёл на память разговор между  Нютой Федермессер и Познером, который начинался с вопроса : «Почему наши старики  вынуждены ехать болеть и умирать в Израиль?» Главным доводом послужил  «закон об умирающем пациенте»

Я специально поинтересовалась тем, что из себя представляет этот самый «Закон» …

Директор Гериатрической и паллиативной службы, Службы здоровья Маккаби Зориан Радомысльский рассказал :

Первый хоспис в Иерусалиме был построен в 1850 году. Тогда еще не было такой страны, как Израиль. Сегодня у нас есть сочетание всех важных законов, которые позволяют правильно подходить к паллиативной помощи: это закон об обязательном всеобщем медицинском страховании, закон об умирающем больном, закон об уходе за лицами с физическими и когнитивными ограничениями. И еще один важный закон, которого не существует во многих странах,— это закон о правах пациента.

Этот закон вступил в силу в 2006 году, он определяет, кто такой умирающий больной и что ему полагается от государства. В законе написано, что, как только ответственный врач определяет, что больному вне зависимости от лечения остается жить шесть месяцев, его считают умирающим больным. И тогда специалисты проводят беседу с семьей, выстраивают дальнейший план действий.

В больницах это либо заведующий отделением, либо человек, назначенный директором больницы.

Что меняется в жизни умирающего больного?

Как только статус его определен, у него появляются особые права. Медицинское обслуживание предоставляется ему 24 часа в сутки семь дней в неделю, ему обеспечиваются бесплатные лекарства, он переходит под опеку домашнего хосписа. Что такое домашний хоспис? По закону об умирающем больном государство дает возможность человеку выбрать, где ему умирать — в больничном хосписе или в домашнем. У нас есть хосписы с госпитализацией, но большинство больных хотят умирать дома, и их обслуживают специальные бригады хосписа. В такой бригаде есть руководитель, специалист паллиативной медицины, есть врач, который приходит к пациенту домой, есть медсестра, психолог, диетолог. Это позволяет провести большинство процедур на дому.

Как можно определить волю умирающего больного?

 Это  прописано в законе. Есть несколько путей.

Первый — нотариальная доверенность. Пока человек в состоянии, он может передать другому человеку право принять решение в тот момент, когда сам он уже будет недееспособен.

Второй способ — предварительные указания: дееспособный пациент приходит в кабинет врача и в присутствии двух свидетелей расписывается на специальном бланке, где описываются медицинские сценарии. Врач ему объясняет, что будет с ним, если он получит лечение или откажется от лечения при данном сценарии. Этот бланк отправляется в Министерство здравоохранения и действует пять лет. В Министерстве здравоохранения у нас есть целый отдел предварительных указаний.

Что дороже — развивать паллиативную медицину или содержать  в больнице?

По данным израильского Института имени Брукдейла от 2005 года, два последних месяца пациента в хосписе стоят около 245 тыс. руб., а в больнице, где его пытаются лечить,— более  855 тыс. руб. С экономической точки зрения  паллиативная медицина и более выгодная, и более правильная.

Приходит бригада, разговаривает с пациентом и с семьей, готовит его к уходу. И после смерти пациента та же самая бригада навещает и поддерживает семью. Я считаю, что это гуманно, морально и этично.

Медицинские опиаты доступны израильским пациентам?

 Наркотики — это гораздо более широкое понятие, чем просто обезболивание. Они позволяют человеку умереть с улыбкой на лице, а его родным не чувствовать себя виноватыми. Я слышал, что в России только сейчас хотят вводить медицинские наркотики короткого действия. А ведь это базис для паллиативной медицины. Если люди испытывают сильную боль, почему они должны страдать?

(Я хорошо помню страдания, которые испытывал мой родственник, которого через два месяца выписали домой умирать от онкологии. А также крики соседки, умирающей с таким же диагнозом в самом расцвете лет)

В России врача могут наказать за любую ошибку в назначении наркотиков.

 Я не понимаю, почему с наркоманией надо бороться за счет больных. Опиаты требуются и в онкологии, и на последней стадии почечной, печеночной, респираторной недостаточности, и после обширных инсультов. У нас опиаты выписывают семейные врачи. Зачем смешивать медицину с криминалом? Для криминала есть полиция, для медицины — врачи.

Ну а как быть тем, кто не имеет возможности стареть, болеть и умирать в Израиль ?

Не так давно я уже размещала новость о том, что в нашей стране гериатривное обслуживание включено в Обязательную Медицинскую страховку. На тот момент это была лишь новость. А вот что пишут «Аргументы и Факты» о том, что конкретно должно выполняться в связи с этим новшеством и как  ?

На вопросы отвечает  гериатр Москвы и Минздрава России, директор Российского геронтологического научно-клинического центра Ольга Ткачёва.

Зачем нужен гериатр?

Почему таким больным лучше наблюдаться и лечиться у специалиста по возрастным заболеваниям? Это связано с рядом факторов. Во‑первых, у них обычно одновременно сразу несколько болезней, в среднем от 5 до 8 или даже больше. Во‑вторых, у них есть ещё и проявления самого процесса старения. Это так называемые гериатрические синдромы, и их много – более 60. Самые распространённые выражаются в снижении памяти и уменьшении мышечной массы. Из-за этого существуют особенности в назначении лекарственных препаратов и применении методов лечения.

Прежде всего гериатр должен определить стратегию лечения: какие болезни надо лечить в первую очередь, какие – во вторую, а какие не надо лечить вообще. Если их много, то назначать терапию от всех заболеваний сразу может быть даже опасно. Это способно снизить качество жизни и ухудшить прогноз. Обязательно нужно точно оценить, насколько пациент активен и самостоятелен.

Какие болезни лечит врач-гериатр?

Любые возрастные заболевания, но подчеркнём: гериатр обычно лечит не просто болезнь, а решает целый комплекс проблем, связанных с возрастными изменениями. К самым частым болезням, с которыми он встречается в своей практике, относятся сердечно-сосудистые болезни, сахарный диабет 2-го типа, болезнь Альцгеймера.

Как попасть на приём к врачу-гериатру и в каком возрасте это необходимо?

Есть два способа. Первый – когда пациент получает направление у своего участкового врача. Второй – когда пациент может прийти на приём к гериатру самостоятельно.

Возрастной порог, с которого начинают лечиться у гериатра, – 60 лет. Такие пациенты смогут проходить профилактические мероприятия, чтобы снизить у них риск развития гериатрических проблем в будущем. Но за лечением уже, как правило, обращаются люди старше 70 лет. Хотя такая терапия зависит не только от возраста, но и от состояния пациента – наличия у него нескольких сочетанных заболеваний и других признаков старения, о которых уже говорилось выше.

Где можно будет лечиться у врача-гериатра?

Предусмотрены три типа медицинских учреждений, в которых будут оказывать гериатрическую помощь.

Первый тип – кабинеты в районных поликлиниках. Они будут создаваться из расчёта один кабинет, в котором ведёт приём врач-гериатр, на 20 тысяч пожилых людей.

Второй тип – стационарные специализированные койки в региональных клиниках. Здесь будут лечить не просто пожилых людей с возраст­ными заболеваниями, а пациентов с явными проявлениями процесса старения: снижением памяти, слабостью из-за уменьшения мышечной массы и, конечно, со многими сочетанными заболеваниями.

Третий тип – региональные гериатрические центры, которые будут оказывать амбулаторную и стационарную помощь. Головным учреждением такого типа является наш Российский геронтологический научно-клинический центр, в котором есть не только амбулаторное и стационарные отделения разной специализации, но и научные лаборатории.

Моё мнение по теме :

Ну, не скажу, что перспектива розовая и пушистая — ОДИН врач на 20 тысяч пациентов -это как то не вселяет энтузиазма, стоит только вспомнить очереди в поликлиниках, состоящие на 80 процентов из пожилых людей.

Стационарные койки в региональных клиниках тоже не внушают радужных надежд.потому как непонятно, чем они будут отличаться от сегодняшних койко-мест,занимаемых стариками (кому удается пробиться) и умирающими больными.

Вобщем, сон, если вдруг повторится, остаётся таким же пугающим.

Для справки : Нюта Федермессер- Российский общественный деятель, учредитель благотворительного Фонда помощи хосписам «Вера». Член Совета общественных организаций по защите прав пациентов при Департаменте здравоохранения г. Москвы. Награждена знаком отличия Российской Федерации «За благодеяние». Руководитель Центра паллиативной медицины 

И ещё : я настоятельно рекомендую посмотреть видео

 

 

Поделиться в соц. сетях

Опубликовать в Google Plus
Опубликовать в LiveJournal
Опубликовать в Мой Мир
Опубликовать в Одноклассники

Оставить комментарий

Оставьте комментарий-получите ссылку

МЫ НА SUBSCRİBE.RU
Auto Web Pinger
Besucherzahler
счетчик для сайта
Читайте под музыку
Индекс цитирования.